Алексей Шпомердобавить линч

Алексей Шпомер: "Алкоголь-это генетическое оружие!"

В последнее время все большую актуальность приобретает тема здорового образа жизни — государство по мере возможностей пытается вести борьбу с алкоголизмом и табакокурением. На местном уровне активисты тоже не дремлют. Алексей Шпомер, один из томских инициаторов пропаганды здорового образа жизни, лидер движения «Стоп, деградация!», согласился рассказать, как нужно бороться с главными недугами современности.

— Алексей, всегда интересно, как и почему общественники приходят к мысли о необходимости борьбы за ту или иную идею. Расскажите, что в вашем случае предшествовало решимости противостоять вредным привычкам молодежи?

— На самом деле, все началось давно — я по образованию психолог, долгое время работал в этой сфере, проводил различные тренинги. А потом так получилось, что я стал работать в баре. Поначалу нравилось, а потом веселья поубавилось: я увидел оборотную сторону своей работы — как люди на глазах спиваются. Причем это были люди с хорошим достатком, приличной профессией. У них распадались семьи, «садилась» печень. Это меня задело за душу, и именно в этом и кроются истоки моей борьбы. Во время ночной работы у меня сместились биологические часы, и я до сих пор до четырех-пяти часов утра не могу уснуть и читаю. После книги «ДОТУ» («Достаточно общая теория управления») Владимира Зубкова я осознал важную для Томска и России вещь: мы находимся в неправильной парадигме градостроительства — парадигме мегаполисной урбанизации.

— Тут хорошо бы рассказать подробнее.

— Разумеется. Мы строим в наших городах многоэтажные дома — бетонные коробки, которые на сегодняшний день массово строятся только в Китае. Это противоречит природе человека, чья жизнь должна строиться по ландшафтно-усадебному типу. То есть каждый человек должен жить в коттедже с зеленой лужайкой, а его дети ползать по траве. Я, как психолог, знаю: это необходимо, чтобы человек был творцом. На западе такая форма быта воспринимает как норма, а у нас нет. Налицо неправильный вектор развития, когда человек вступает в противоречие с биосферой. Так что очевидно, что нужно что-то делать. Моим кумиром в этом смысле всегда был Шарль де Голль — несмотря на то, что его не слышал никто, он не сдавался и смог проявить себя.

— Как же поступили вы?

— Работая в баре, я проводил мониторинг. Многие люди говорили, что готовы отказаться от такого отдыха, им просто нужна альтернатива. Ведь почему люди пьют? Они искусственно замещают гормон эндорфин, выработка которого отвечает за удовольствия. И человек ждет каждый раз пятницу, чтобы поехать в ночной клуб, развеяться, забывая о простых радостях жизни, таких как семья, спорт...

В общем, осознав это, я решил не придумывать велосипед, и начал с пропаганды здорового образа жизни — а именно, привлек внимание к велосипедному спорту. Я понимал, что сделать это сложно, потому что в обществе слишком много стереотипов даже на уровне коллективного бессознательного. Велосипедист не вписывается в современную экономическую модель мира: не покупает автомобиль, не берет кредит, не приобретает «Каско», он здоров и не ходит в аптеку. И он не пьет алкоголь. Мне удалось привлечь внимание к проблеме, в этом мне помогали СМИ. Я подготовил письмо для администрации, собрал подписи томичей. Мэр обратил внимание на наше обращение, нам пообещали построить экстрим-парк, сделать социальные плакаты, велодорожки. Но дальше вопрос, как всегда, уперся «в рубли», что меня удивляет. Как можно говорить, что нет денег, если в Томске работают банки, а они могут кредитовать в минус без ущерба для себя, просто об этом умалчивают. Почему-то во всем мире эти способы используются, но не у нас.

— То есть фактически «выхлопа» не было?

— Нельзя утверждать, что нет. Я привлек внимание к проблеме, стали проводиться вело-заезды, флешмобы. Но необходимо, чтобы областная власть придала импульс развитию массового спорта. В пример хочется привести Набережные челны — там в 90-е годы сохранили производства, экологический транспорт и сделали акцент на развитии велосипедного спорта. Сегодня в городе 19 прокатов, велодорожки, причем система устроена таким образом, что велосипед можно взять на одном краю города и вернуть в другом. Что-то подобное не помешало бы и нам. Конечно, недавние кадровые перестановки в сфере городской и областной властей дают надежды на то, что в Томске все-таки будут перемены в части поддержки спорта. Но пока те редкие спортивные площадки, которые строит город, также превращаются в новые уличные «кафе» для неблагополучной прослойки общества.

— А какие меры вы принимаете по борьбе с самими общественными недугами: алкоголизмом и табакокурением?

— Не секрет, что алкоголь — это генетическое оружие, и борьба с алкоголизмом просто необходима. Я встретился с ребятами, которые уже активно работали в этой сфере, и которых мне хочется отметить. Это Евгений Филиппов, представитель организации «Общее дело», один из основателей уроков трезвости, внедряемых в Томских школах. Максим Забелин, пропагандирующий велосипедный спорт, курирующий проект «Русские пробежки». Олег Фескович — «человек-скала», директор интернет-портала «Полдень». И Алексей Шитик, лидер панславянского молодежного объединения. С ними мы объединились для работы в одном направлении.

— Что же конкретно вы предлагаете?

— Прежде всего, мы не пытаемся вернуть сухой закон. Мы просто работаем с молодежью и хотим сделать менее доступным для нее алкоголь. Сейчас приняты хорошие законопроекты на федеральном уровне: например, ограничения по продаже алкоголя с 22:00 до 10:00. Но исполнение этого закона сложно контролировать. Мы считаем, что необходимо этот закон ужесточить — лицензию на торговлю алкоголем оставить только специализированным магазинам и крупным торговым сетям. А выпадающие доходы можно увеличить выплатами крупных торговых сетей. Пока сдвига в решении этого вопроса нет, но есть надежда, что он появится. Мы написали письмо губернатору с конкретными предложениями и ждем результата.

— Иногда ваши действия называют экстремальными. Например, если вспомнить историю с памятником пивовару…

— Да, действительно, меня многие обвиняют, что я культурный экстремист и хочу снести памятник. Объясню: у нас неправильная культура, нам показывают, что выпивать надо, и памятник в очередной раз это подтверждает. Также, как и мероприятия вроде фестиваля пива, собирающего множество людей. Я с уважением отношусь к «Томскому пиву» и его руководителю, ведь человек поднял предприятие с нуля. Но я за то, что потребление алкоголя должно быть разумным. Нельзя переходить грань между умеренным потреблением спиртного и алкоголизмом. Вот если, например, мы сделаем ограничения на продажу алкоголя и оставим ее крупным сетям и заведениям, мы тем самым будем формировать культуру пития. А возвращаясь к памятнику — это скорее конфликт на страницах газет, призывающий сформировать определенную культуру пития, при этом мы сами остаемся в рамках законности.

— С алкоголем понятно. Что вы предлагаете для борьбы с табакокурением?

— Если говорить о курении, тут снова можно вернуться к вопросу о нашей культуре, ведь зачастую человек просто идет на поводу у социума, в котором принято устраивать перекуры. Поработали — покурили. Во многом для человека это даже не привычка, а подражание, необходимое, чтобы «не выпасть» из общества. Для борьбы с этим недугом мы предлагаем увеличить цены на сигареты — увеличить существенно, потому что именно ценовая политика может стать барьером для многих людей. Ну и опять же должна быть пропаганда массового спорта. Человек, который едет на велосипеде или на роликах, вряд ли будет курить.

— Насколько активную поддержку своих инициатив вы видите в среде тех, для кого вы работаете — то есть среди молодежи?

— Мы неоднократно проводили опросы на многих интернет-порталах. Если подвести общий итог, порядка 60% опрошенных поддерживают нас, и только 15% высказываются против.

— Деятельность вашей организации касается и других общественных проблем. Скажем, недавний пикет против нашумевшей группы Pussy Riot каким образом относится к основным направлениям деятельности движения «Стоп, деградация!»?

— Так это тоже культурный диссонанс, эта группа — элемент неправильной культуры, противоречащей естественным природным тенденциям развития общества, и она не может сформировать правильную культуру. Вы же знаете, как переводится название коллектива…

— Думаю, воздержимся тут от перевода.

— А вот надо переводить! Надо все переводить на русский язык. Например, коррупция есть казнокрадство. Надо называть вещи своими именами.

— В таком случае вернемся к разговору о культуре. Вот вы — ярый противник алкоголизма и табакокурения, но при этом не секрет, что сами работаете в вино-водочном магазине. Разве не налицо противоречие?

— Да, я работаю в этой сфере и горжусь этим. Потому что это — то место, где я могу помочь человеку сделать выбор и подсказать, что менее вредно. Я в завершении разговора хочу сказать, что без директив сверху люди редко думают о том, стоит ли пить, курить, воровать. И мы делаем шаги для проработки этих директив. Но продолжаем надеяться на общество, потому что если оно само к этому придет, будет гораздо проще!
http://news.vtomske.ru/interview/102.html
Статьи

  • Вы должны зарегистрироваться, чтобы комментировать